«С волками жить…» фантастический роман. V глава

Глава V Волк показывает зубы

.

Кабинет начальника Управления — генерала Савицкого находился на втором этаже, окна выходили на 2 стороны. Полковник Арефьев уже несколько минут ожидал в приёмной, наконец, зелёная лампочка на столе секретаря мигнула, и он жестом предложил полковнику пройти в кабинет.

— Проходите, товарищ полковник, садитесь — генерал обошёл стол и сел рядом с Арефьевым — я уже в курсе проведенной вами операции с дельфинами. МО официально выразило благодарность за содействие, хотя, основную часть операции провели мы, а они только приняли клиентов на свою базу. Но не суть важно, главное — отличный результат! Мне доложили, что отличился ваш стажёр, этот размороженный йог…

— Так точно, товарищ генерал! Саму идею предложили стажёр Барсеньев и майор Ярцев. Я осуществлял общее руководство. Существенный вклад в успех операции внёс товарищ Кашпировский. Нам удалось на их базу тайно доставить ТВ панель в водозащитном корпусе размером 6х4 м с питанием от урановой батарейки и дельфины, тремя группами по 200 душ, в соответствии с графиком, по ночам смотрели выступления психотерапевта. Удивительно, но через трое суток у всех дельфинов исчезли татуировки. На четвёртый день они беспрепятственно уплыли, когда их выпустили на очередную прогулку! Предлагаю каким-либо образом поощрить доктора Кашпировского.

— Да, мы обязательно упомянем в приказе его участие в операции и объявим благодарность за содействие. Человек с такими способностями мог бы и в будущем во многом нам помочь. Теперь о вашем стажёре. Что он за человек?

— Вы хотите ознакомиться с его личным делом?

— Это позже. Сейчас в целом охарактеризуйте, чтобы я имел общее представление…

В дверь постучали и в кабинет вошёл первый заместитель генерала — полковник Казанцев.

— Товарищ генерал, вы просили, вот последние данные от нашей агентуры из конгресса США.

— Давайте

Казанцев повернулся чтобы уйти, но генерал остановил его.

— Останьтесь, мы сейчас как раз говорим о стажере из отдела Арефьева. Вы тоже послушайте.

Казанцев устроился за столом напротив.

— Барсеньев Артур Вольфович, — начал Арефьев — агентурная кличка «Лингвист». Возраст 23 года, это без учёта 100-летнего периода анабиоза. Рост 180 см, вес 75 кг, правильного телосложения с пропорционально развитой мускулатурой, поджарый, смуглый брюнет, глаза серые, черты лица правильные. В общем, обычный русский типаж. Характерологические особенности: обладает врождённой природной нравственностью, абсолютно честен, патриот России в истинном смысле этого слова, ненавидит Британию как государство и вообще всех англосаксов. Обладает уникальными способностями, в частности, может на высоком уровне вести информационный обмен с животными. За семь месяцев окончил университетские курсы истории, филологии, психологии, географии, медицины, социологии. Параллельно с этим прошёл шестимесячную спецподготовку. Показал отличный результат. Не женат.

— Н-да, — генерал забарабанил пальцами по столу — нравственность и абсолютная честность, в нашем деле, скажем прямо, не самые нужные качества. Будем надеяться, что эти недостатки со временем пройдут, или станут не такими явными. Чем он занимается в свободное время?

— Посещает Государственную библиотеку имени Ленина, цирк, зоопарк…

— Пьёт?

— Нет.

— Почему? Ах да, йоги же не пьют, а курят для просветления сознания…

— Но он и не курит!

— Странно, очень странно, и… подозрительно. Невольно вспоминаются слова классика — «Людина шо не пье, або хвора, або падлюка.» А нам ни хворые, ни, тем более, падлюки не нужны. Вы пытались выяснить в чём дело?

— Да, и вначале мы пошли по ложному пути. Ведь у него отец армянин, а армяне издревле жили в жарком климате, выращивали виноград, делали вино, тутовую водку. В их традициях — употребление спиртного по самым разным поводам, а чаще — просто так, от осознания радости бытия. То есть, генетически у него имеются все основания к употреблению…

— Это со стороны отца, а что известно о матери?

— У неё отец бурят, а мать из алтайцев.

— Но там, насколько мне известно, нет винограда и радость бытия ощущается, как бы это правильнее сказать, весьма условно?

— Да, в Бурятии зимой температура может опускаться до -52С, а на Алтае ещё ниже, лето короткое, винограда нет. И если армяне пьют от жары и избытка счастья, то буряты и алтайцы напротив, пьют от холода и недостатка положительных эмоций. Так что, и по материнской линии генетически он должен был бы пить.

— Так в чём же дело? Вы не пробовали его приобщить?

Пробовали, конечно! Ярцев несколько раз приглашал его и на рыбалку, и в гараж — отмечать с мужиками день строителя, день Парижской коммуны, день знаний, день мучеников Панамы, но он каждый раз отказывался!

— И чем мотивировал?

— Тем, что, когда работал в Индии тренером по йоге насмотрелся на англичан, которые, не ограничивая себя в потреблении алкоголя и чараса опускались до такого скотского состояния, что вызывали у него омерзение! С тех пор у него физическое отвращение к алкоголю и наркотикам…

— Понимаю… С того времени мало что изменилось, одни только их футбольные болельщики чего стоят!

— Вы упомянули майора Ярцева, это он курирует Лингвиста? — спросил Казанцев

— Да. С первого дня, как только разморозили.

— Я мало знаю этого майора, давно он у нас?

— Уже 5 лет. Отслужил срочную в пограничных войсках, затем, по представлению начальника заставы, поступил в нашу спецшколу и после окончания был направлен к нам в отдел. Ему 27 лет, к службе относится ответственно, участвовал в операциях в составе групп в Пакистане, Швеции, Бахрейне. Отлично показал себя в оперативной работе. Взысканий по службе не имеет. Женат. Есть сын 4-х лет.

— Товарищ полковник — обратился генерал к заместителю — послезавтра в 14.00 соберите здесь всех начальников отделов и подготовьте приказ о присвоении стажёру Барсеньеву звания лейтенант. Совместим присвоение звания и знакомство с коллективом, дадим первое ответственное задание.

Казанцев молча кивнул.

— Да, — генерал обернулся к Арефьеву — Ярцев тоже пусть придёт.

— Хорошо.

.

.

В кабинете генерала было многолюдно: помимо его самого и двух заместителей присутствовали начальники отделов, Ярцев и Маугли.

Когда все разместились, генерал обратился к подчинённым:

— Товарищи! Мы, совместно с министерством обороны, успешно провели операцию по перевербовке 2 рот боевых дельфинов и их передислокацию с базы ВМФ США в Гонолулу на нашу базу ТОФ. И сегодня наши ряды пополнит новый, весьма перспективный сотрудник, Барсеньев Артур Вольфович, приказ о присвоении ему звания лейтенант уже подписан. О ходе операции доложит полковник Арефьев. Прошу вас.

Арефьев подошёл к стене, на которой светилась интерактивная карта мира и кратко доложил о ходе операции, упомянув всех её участников.

Прервав одобрительный гул голосов, генерал обратился к Маугли — товарищ Барсеньев, если желаете что-то сказать, прошу сюда.

Маугли вышел к небольшой трибуне, и обвёл взглядом присутствующих.

— Благодарю! Мне есть, что сказать. Во-первых, выражаю свою искреннюю признательность всем, кто прямо или косвенно принимал участие в моём спасении и возвращении на Родину!

Раздались аплодисменты.

— Во-вторых — продолжал Маугли — вынужден сообщить, что не могу принять офицерское звание и быть зачислен в штат…

В кабинете наступила звенящая тишина. Генерал с недоумением посмотрел на Маугли…

— Что такое?! Вы отказываетесь от службы? После того, как государство спасло вас от гибели, вернуло на родину и потратило значительные средства на ваши спасение, адаптацию и образование…

— От службы я не отказываюсь, — голос Маугли звучал совершенно спокойно — напротив, я горячо желаю служить своей стране! Но не в том качестве, как вы предлагаете. Смотрите, что получается. Ведь наше ведомство, по сути — исполнительный орган, задачи и цели которому ставят политики у власти, а политика, по Ленину — концентрированное выражение экономики, а экономика, проще говоря — деньги — у олигархов, кланов, иностранных инвесторов, банков и прочих врагов государства. Выходит, что, получив звание и приняв присягу, я буду на службе у этого ворья, которое довело страну до нынешнего состояния и продолжает методично её уничтожать. Такая роль меня не устраивает категорически. Поэтому, предлагаю оформить меня внештатным сотрудником. Я в любом случае буду действовать в интересах страны, с вами или без вас. Если ваша цель — возрождение державы, служение народу России, то нам по пути, и вместе мы сможем сделать очень многое. Если же нет, то расстанемся. Сухо, по Лермонтову — Была без радостей любовь, разлука будет без печали...

В атмосфере вновь наступившей тишины ощущалась некая растерянность. Вообще-то для молчания существует много причин, но основная заключается в том, что нечего сказать. Напряженную паузу прервал Маугли, обратившись к генералу:

— Так что же, продолжим беседу, или я пойду себе? У меня дел — выше крыши…

— Товарищ полковник, — Ярцев наклонился к Арефьеву — может быть под благовидным предлогом отозвать Артура от греха подальше, а то наговорит ещё чёрте что, вон как его понесло!

— Ни в коем случае, — также шёпотом ответил Арефьев — у него выверено каждое слово, каждый жест. Виртуозно работает! Смотрите и учитесь! Потом возьмёте видеозапись совещания, сделаем разбор в отделе.

— Разумеется, продолжим — хрипло произнёс генерал, прокашлялся и уже более уверенным тоном продолжил — свежий взгляд со стороны всегда полезен, и в чём-то вы правы. На самом деле, важен не формат сотрудничества сам по себе, а конечный результат. Мы обсудим ваше предложение. Государство заинтересовано получить от вас максимальную отдачу, а это возможно только при коллективных усилиях. Отдел планирования подготовил весьма важную операцию, в которой ключевая роль отведена вам. Она не связана с интересами олигархов, а ставит целью восстановить утраченное уважение к России в мире. Речь о предателе Родчайникове, который нанёс серьёзный репутационный ущерб нашей стране, затем, испугавшись возмездия, сделал пластическую операцию и в настоящее время скрывается где-то на территории США. Его необходимо разыскать и доставить сюда, у нас к нему много вопросов. Вот с этого и начнём, а тем временем подумаем, как именно вас трудоустроить.

— Благодарю за доверие! Я сделаю всё, что в моих силах, и мы прижмём эту гниду к ногтю. Но начнём не с этого…

— Товарищ, Барсеньев! — в голосе генерала появились стальные нотки — Вы человек непростой судьбы, и мы это помним. Ваш максимализм, присущий молодости тоже принимаем во внимание! И всё же, проявляйте выдержку и такт, иначе в коллективе о вас сложится не самое лучшее мнение.

— Товарищ генерал, я с уважением отношусь к вам и вашему опыту руководителя. С коллегами также нахожу общий язык. Я пытаюсь донести, что использовать свои специфические способности могу только, будучи в состоянии внутреннего равновесия и гармонии, чего сейчас нет и в помине.

— Так вы же прошли у нас спецподготовку и окончили курс психологии, неужели не научились контролировать свои эмоции?

— Научился. Более того, в своё время из йоги я освоил очень эффективные способы саморегуляции. И все эти навыки применяю, но и их недостаточно, чтобы восстановить равновесие…

— Что же вас так гнетёт?

— Я объясню, но потребуется время, может быть не всем будет интересно…

— Да! Товарищи офицеры, официальная часть закончена, все свободны. Желающие могут остаться. Кофе и чай на столике у окна. Можно курить.

Три человека спешно покинули кабинет, ещё двое пошли готовить себе кофе, остальные придвинулись ближе. Чекисты умели держать себя в руках, однако на многих лицах читалось плохо скрываемое любопытство и живой интерес. Подобное невозможно было себе представить, и разговаривать с генералом в таком ключе никто не мог и помыслить. Однако, все чувствовали — тон и манера поведения стажёра были обусловлены не хамством или недостатком воспитания, а непосредственностью и восточным менталитетом, впитанным более ста лет назад и полностью ещё не изжитым. Этим и объяснялась весьма сдержанная реакция начальника управления на выступление стажёра, при том, что любому из присутствующих даже малая толика подобных вольностей не сошла бы с рук и немедленно была бы пресечена самым решительным образом.

Генерал закурил папиросу. Он самолично набивал гильзы абхазским табаком. Там ещё с Советских времён остались энтузиасты, которые продолжали выращивать натуральный табак в небольших количествах для личных нужд. Эти люди старой закалки, как и генерал на дух не переносили современные сигареты, начинённые резанной бумагой, пропитанной сложным многокомпонентным составом химикатов и ароматизаторов.

— Мы вас слушаем, — генерал глубоко затянулся и поудобнее устроился в кресле.

— Меня в джунглях вырастили и воспитали звери, я до сих пор отождествляю себя больше с ними, чем с людьми. Теперь же, находясь в «цивилизованном» человеческом обществе, не перестаю поражаться изощрённым издевательствам, которым вы подвергаете животных, причём, в большинстве случаев того не осознавая. И эта ужасающая действительность полностью меня дестабилизирует, мне приходится затрачивать огромные физические и моральные силы, чтобы хоть как-то держать себя в руках…

— Кто именно и как издевается над животными? — спросил кто-то из присутствующих — конкретнее, пожалуйста.

— Я говорю не о конкретных личностях, а о ситуации в целом. Начну с дельфинов. На воле они ежедневно проплывают около 100 км. В дельфинариях же, их держат в тесных клетках, выпускают в бассейн на время выступления под громкую одуряющую музыку, и после представления снова загоняют в железные клетки! Все эти дельфины уже инвалиды, у них безвозвратно повреждена психика. Они там погибают, а их место занимают новые, и этот конвейер смерти работает непрерывно! Теперь зоопарки. Теснота, грязь, некачественная пища, постоянный стресс от толп праздной публики. Куры, черепахи, домашние козы, некоторые певчие птички при нормальном содержании ещё как-то могут существовать в условиях ограничения свободы, но вот высокоорганизованные дикие животные обречены там на угасание и смерть. А что творится в цирках…

— А что там творится? — удивился начальник отдела технического обеспечения — Клоуны всякие, гимнасты-акробаты, медведь на мотоцикле. Я был несколько раз с детьми — они в восторге! Не понимаю, что там такого ужасного?

— Не понимаете, потому что не знаете, что за этим стоит! Например, когда тигра заставляют прыгать сквозь горящий обруч. Дикие звери боятся огня! Это что же такое надо было с ним сделать, чтобы страх от наказания пересилил врождённый страх огня?

— Или вот ещё номер — льва заставляют раскрыть пасть, и дрессировщик вкладывает в неё свою голову…

— Да — раздался чей-то голос — я видел этот номер. Он показывает, что человек доверяет своему другу льву настолько, что вкладывает ему в пасть жизненно важный орган, не опасаясь, что тот его откусит. Вы что же, предлагаете закрыть цирки? А ведь это одно из традиционных развлечений во всём мире. Дети и взрослые с удовольствием их посещают, получают заряд бодрости и веселья…

— Да ведь я не против цирков, как таковых. Пусть люди ходят и развлекаются. Я всего лишь предлагаю убрать оттуда зверей, или заменить, если без их участия невозможно работать номер.

— Как это заменить? Кем?

— Ну вот, например, в случае с тигром можно ещё одного дрессировщика, раскрасить рыжими полосами, и далее по сценарию: один дрессировщик щёлкает кнутом по манежу и грозно кричит, а раскрашенный, рыча и огрызаясь, нехотя запрыгивает на тумбу и под команду Алле-оп! прыгает через горящий обруч! Уверяю вас, дети будут в не меньшем восторге!

Многие из присутствующих опустили головы, пытаясь скрыть приступ смеха.

— А льву, думаете, приятно — продолжал Маугли — когда ему в пасть вкладывают голову, от которой разит перегаром и дешёвым шампунем от прокуренных волос? Да его тошнит от такого «друга»! Он бы и рад откусить ему голову, но понимает, что его сразу застрелят, а жить-то хочется…

— И что теперь делать, снимать номер с программы?

— Зачем же? Пусть его, раз детям нравится. Но и в этом случае нужно просто заменить льва на ещё одного дрессировщика.

— Ничего не понимаю, — на лице второго зама читалось замешательство — как же они будут работать номер без льва?

— Прекрасно будут работать! Пусть один дрессировщик вложит свою голову в пасть другому дрессировщику! Всего делов-то…

— Погодите! Как это — вложит?! Он не сможет вложить! Размеры не позволят!

— Н-да — задумался Маугли, — действительно Как-то я упустил это из виду… Впрочем, неважно! Как уже ранее заметил кто-то из коллег, суть номера в доверии, когда человек вкладывает голову свой жизненно важный орган, в чью-то пасть. А раз голова не помещается, пусть один дрессировщик вложит в пасть другому дрессировщику какой-нибудь другой жизненно важный орган, меньший по размеру. И, вуаля! Веселье бьёт через край! Артистов вызывают на бис! Весь сезон в цирке аншлаг! Билетов не достать и за месяц, директору цирка…

Закончить фразу Маугли не удалось, нечеловеческий хохот заполнил весь кабинет, вырвался за его пределы и распространился по всему этажу. Сотрудники управления с изумлением внимали звукам, доносящимся из кабинета шефа — такого за всё время службы не помнил никто.

— Да вы, батенька, шутник, как я погляжу едва выговорил генерал, с трудом переведя дыхание

.

— Ладно, посмеялись и будет — лицо генерала приняло серьёзное выражение. — Ваши чувства понятны. Но мы сделать ничего не можем. Это долгосрочная программа государственного масштаба и наше ведомство к этому никакого отношения не имеет, у нас совершенно другие задачи.

— Это не так сложно, как кажется, можно уложиться в год-полтора.

— Можете предложить что-то конкретно?

— Да, у меня есть детальный план.

— Интересно… Мы вас слушаем — генерал жестом предложил начать.

Маугли попросил спроецировать карту России и взял указку.

— Предлагаю вот здесь, здесь, здесь и здесь создать особо охраняемые территории ФСБ: на севере 400.000 га; в Западной Сибири 320 000 га, в средней полосе 380 000 га, на юге 550.000. Эти свободные земли находятся в ведении Минприроды, Минлесхоза, Минсельхоза. Их нужно переподчинить в юрисдикцию нашего ведомства и организовать охрану, по типу пограничной.

— Вы предлагаете создать на этих территории заповедники? Так их уже достаточно. Ими занимаются профильные министерства…

— Нет, я не предлагаю создать новые заповедники. Те, что уже имеются находятся в ведении федеральных органов исполнительной власти, органов местного самоуправления, научных организаций и прочих структур. Общая их черта — крайне недостаточное финансирование. В среднем, на одного государственного инспектора охраны приходится более 30 000 гектаров при зарплате около 20 000 руб. Штаты полностью не укомплектованы. Противостоят им хорошо экипированные браконьеры. Чтобы было понятнее я смоделирую гипотетическую ситуацию. Например, губернатор со своими приятелями и прихлебателями отправились в заповедник пострелять с вертолёта краснокнижных архаров. Кто их остановит? Никто! Допустим, что инспектор с земли увидит вертолёт, но что он может сделать со своим ружьишком 12 калибра, для которого, даже патроны вынужден покупать за свои деньги? Даже допустим, что он напишет рапорт в прокуратуру. А ему там скажут — не суйте нос куда не надо. Ваше дело, ловить старушек, которые собирают грибы без лицензии и следить за местными жителями, чтобы валежника сверх нормы не брали. Всё. Занавес.

А в случае с нашей структурой ситуация совершенно иная. Вводная та же — летит вертолёт, но радары отслеживают его сразу после взлета. Как только он пересёк границу особо охраняемой зоны его перехватывают вертолёты Ка-52 Аллигатор и военно-транспортный Ми-8 и под угрозой уничтожения принуждают к посадке. Из Ми-8 высаживается группа захвата, выволакивает всю компанию наружу и укладывает мордами в землю. С самого начала операции все действия фиксируется на камеру. Задержанных доставляют в спецприёмник ФСБ и оформляют в полном соответствии с законом. В протоколе допроса зафиксировано: «Организованная группа лиц, используя служебное положение и технические средства — вертолёт, предприняла вооружённую попытку незаконного проникновения на особо охраняемую территорию ФСБ». И тут уже совсем другая статья — терроризм, светит от пятнадцати до пожизненного. Затем суд, приговор и под перестук колёс столыпинского вагона неспешный переезд в солнечный Магадан. Участникам операции — ордена и премии. Вся эпопея широко освещается в СМИ, в том числе и на ТВ. Наши люди сообразительные, намёк поймут правильно. Тем временем, мы последовательно изымаем животных у частных владельцев, зоопарков, цирков, переселяем их на охраняемые территории в естественные условия обитания. Вот и всё.

— Да вы просто художник! Так красочно и увлекательно описали — заслушаешься! Но всё это далеко от реальности. Представляете, какой это огромный объём работы — обустроить периметр ограждения с техническими средствами и инженерными сооружениями, построить инфраструктуру, привлечь специалистов, выкупить животных, перевезти их, адаптировать, содержать — кто всем этим будет заниматься?

— Обустройством границы будут заниматься инженерные войска, инфраструктурой — обычные строительные организации, там ничего сложного нет. Для охраны предлагаю нанять на контрактной основе военнослужащих погранвойск, которые демобилизовались по окончании срока срочной службы или вышли в отставку по выслуге лет. Для основной работы привлечь специалистов с профильным образованием и лиц призывного возраста в качестве альтернативной службы, если они, по разным причинам, не могут проходить срочную службу в ВС. Уверен, что в дальнейшем многие из них захотят сделать эту работу делом своей жизни. Непреодолимых препятствий здесь не вижу.

— Вы хотите, чтобы наше управление занялось этим проектом для того, чтобы вы обрели душевный комфорт, я правильно понял? — спросил заместитель начальника финансового отдела — не слишком ли дорогая цена? По моим грубым прикидкам на это понадобится огромная сумма — не менее 20 млрд..

— Боюсь, что немного больше — прервал его Маугли — на всё потребуется около 140 млрд.

— Тем более! Таких денег никто не даст! Нам урезают бюджет даже для оперативных нужд, а уж про непрофильные траты вообще никто и слушать не будет. Недавно мы попросили в Минфине дополнительно 850 млн евро для покупки гостиницы в Швейцарских Альпах на 400 мест, чтобы использовать её в качестве явочной квартиры для встреч с нашими агентами. И даже в этой сумме нам отказали! Жалкие 850 млн евро! Начали задавать какие-то странные вопросы: «А почему именно в Швейцарских Альпах? А может быть вам купить особняк в Женеве или ресторан в Париже? Их тоже можно использовать как явочную квартиру». Мы пытались объяснить специфику нашей работы, и то, что у нас уже есть 25 ресторанов в Париже и 42 особняка в Женеве, но они и слушать не стали. А тут 140 млрд .. — подполковник закатил глаза.

— Цена за гармонию моей души не то, что дорогая, а очень дешёвая! Судите сами. Во-первых, репутация. Если кто-то забыл, напомню — в годы гражданской войны и разрухи именно товарищ Дзержинский взял опеку над беспризорниками, организовал коммуны, спас от гибели тысячи детей, дал им образование и вывел в люди. И если мы продолжаем дело Феликса Эдмундовича, то почему бы нам не взять опеку над несчастными животными? Или мы деградировали настолько, что способны только трясти торгашей и отжимать бизнес? Во-вторых, звери, которых мы спасём, будут проходить спецподготовку, и мы получим тысячи агентов и диверсантов, которым не будет равных. Они обойдутся очень дёшево и уж точно не предадут, как некоторые человеческие агенты.

Чекисты молча смотрели в пол. Наконец, молчание прервал начальник отдела технического обеспечения.

— У меня технический вопрос. На минуту допустим, что этот проект удалось реализовать. А ваши звери не разбегутся? На границе мы можем отслеживать и задерживать людей, но животных остановить, практически, невозможно!

— Не разбегутся. Я им скажу

— Скажете?! Ах. да… Что вы им скажете?

— Я им скажу — вы все меня знаете, я вырос в волчьей стае и считал, что стая — самая грозная и безжалостная сила в джунглях. Но когда я познал современных людей, то понял, что мои братья-волки — ягнята, в сравнении с жестокими, кровожадными, подлыми, ненасытными зверями в человеческом обличье! Только здесь, в границах периметра, вы в безопасности. Те люди, что охраняют вас и помогают сберечь вашу природную сущность — друзья. Они входят в то небольшое исключение, из остальной человечьей стаи, которое сохранило сострадание к ближнему и морально-нравственные ориентиры в своих душах. На них нельзя охотиться, или каким-то способом причинять вред.

— Да, заварили вы кашу, — генерал провёл рукой по короткому ёжику волос — всё так, но подполковник прав, денег никто не даст. Совещание закончено.

— Деньги будут — короткая фраза, произнесённая Маугли спокойным тоном остановила офицеров, направившихся было к выходу. — Деньги будут — повторил он, — если этот проект будет принят.

Генерал посмотрел на Маугли как на сумасшедшего.

— 140 млрд? Это как понимать? Откуда…

— За счёт добровольных пожертвований целевого назначения.

— От кого, позвольте узнать? От полунищих граждан, с которых по телевизору стригут по 30 руб для лечения детей с тяжёлыми заболеваниями или нефтегазовой мафии?

— Нет-нет, как я знаю, многие беглые наши банкиры скрываются с украденными деньгами в Лондоне. Вот они и пожертвуют…

Теперь уже, все присутствующие смотрели на Маугли с сожалением, как на безнадежного придурка.

— А вы знаете, что у нас с Лондоном нет договора о взаимной выдаче преступников, а по своей воле эти воры и копейки не отдадут?

— Знаю, — негромко и твёрдо ответил Маугли, но, думаю, что смогу их убедить.

И по тому, с какой спокойной уверенностью были сказаны эти слова, все, включая генерала, почему-то поверили, что так оно и будет.

.

Продолжение следует…

.

.

.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Об авторе: Вячеслав Погосов Патриот "Руки Кремля" Заслуженный автор
Расскажите что-нибудь о себе.

Присоединяйтесь к обсуждению!

Присоединяйтесь!
Консерваторы и ватники все стран, объединяйтесь под знаменем "Руки Кремля"! Вместе мы непобедимы!

Комментарии

@peepso_user_259(Валерий )
насмотрелся на пьяниц- англиков в Египте!
10 месяцев назад
Этот сайт использует cookie для хранения данных. Продолжая использовать сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Политика конфиденциальности