Сказ про хохла и про флагманский желудок. Рассказы пограничника

Все мы любим вкусно и сытно поесть. На то и наша человеческая природа — стремиться больше получить от жизни удовольствия.

Данный рассказ о моём сослуживце Леониде, с которым мы совместно служили и дружили в одной северо-западной пограничной морской бригаде. Лёня в нашей бригаде тогда служил флагманским связистом. Как со мной, так и с другими командирами кораблей и катеров, Лёне много раз приходилось совместно выходить на участок охраны госграницы.

Ну сидит в радиорубке катера или корабля радист, а в большинстве это контрактники. Поработает Лёня с радистом день-два, замечания устранят и всё хорошо. Но Лёня в отличии от большинства человечества очень любит вкусно и сытно поесть. Нет, вы не понимаете. Вкусно и сытно поесть у нас простых людей, это ничего не сказать. А у Лёни это всё с большой буквы и золотом в граните.

Это я всё к тому, что после работы с радистами на кораблях и катерах, Лёня помимо несения офицерской вахты на якоре, дальше оккупирует корабельный камбуз. У него всегда с собой большая тетрадь с кулинарными рецептами. А особенно с рецептами рыбных блюд.

После каждого выхода на границу, на разборе по службе Лёня постоянно в пояснительной записке пишет замечания исключительно по камбузу о низкой специальной подготовке коков, этим самым кидая камень в огород начпрода. После чего однажды обидевшись на Лёню, начпрод дал офицеру кличку «флагманский желудок».
Однажды мы, как это было часто, вместе вышли на участок службы. Всё было отработано как швейцарские часы. Прибыв на участок, Лёня на приданом малом катере убыл на заставу для отработки взаимодействия, прихватив с собой осмотровую группу из трёх человек. Я уже знал наперёд, что с заставы Лёня придёт не с пустыми руками. А осмотровая группа просто в помощь как грузчики.

Так случилось и в этот раз. Пока малый катер шёл до устья реки Самолва, осмотровая группа успела осмотреть два сетеподъёмника, где рыбаки «на уху» подкинули пару ящиков судака. Рыбаки тоже хорошо знали Лёню, и поэтому только его увидев, сразу готовили «презент». После отработки взаимодействия с начальником заставы, Лёня не понятно как, но сторговался обменом картошки на сахар со старшиной заставы, который был земляком Лёни. Они обои из Украины из одной области, и даже с одного района. Старшина заставы Лёню называл хохлом, а Лёня земляка украинцем. Но в этот раз Лёня пришёл с приподнятым настроением. А это означало, что у него аппетит в такие случаи удваивается, или даже утраивается.

— Толик, всё отлично. С начальником заставы отработали взаимодействие, вот документы. А дальше, если разрешишь, то я хочу провести у тебя ревизию продуктов.

— Валяй, — ответил я, зная, что флагман затеял очередную авантюру.

На проекте моего катера двери радиорубки находились как раз напротив камбуза. Зайдя в радиорубку, вставив очередной пистон радисту за курение на посту, ринулся на камбуз. Кок тяжко вздохнул, зная, что опять нужно идти в продуктовую кладовку и доставать всё, что потребует офицер.

После ревизии в продуктовой кладовой, офицер зашёл в мою каюту.

— Толик, у тебя же есть тушёнка из доппайка?

— Да, но это доппаёк на вечерний чай для личного состава.

— На вечерний чай будут рыбные котлеты. Мой земляк подкинул домашние специи, ему из Чернигова родственники прислали. Пальчики оближешь. У тебя же тушёнка из свинины?

— Да, свиная тушёнка, а что?

— С земляком договорились произвести ченч. Ты не пожалеешь.

— Хорошо. Лёня, только знай, это корабельные продукты. Обмен должен быть в нашу пользу.

— Хаха, Толян. Я хохол, или не хохол?

— Ну ты же ченч собрался проводить с земляком. Он явно не татарин. Хе-хе.

— Ну нашёл с кем сравнивать. Он просто украинец, а я хохол с большой буквы. Прошу не путать.

— Когда ченч?

— Через три дня мы собираемся работать тут в поблизости, ну и завернём минут на двадцать на заставу. Годится?

— Лёня, ну ты меня понял. Смотри, чтобы тебя не облапошили. — Лёня достал одну из банок свиной тушёнки и ринулся на камбуз. Я через десять минут поднялся в ходовую рубку и увидел потрясающую картину…

Обычно флагман для «лёгкого перекуса» между обедом и ужином эдакие «сиротские бутерброды» делал на камбузе. Но на камбузном столе была противень, где кок что-то готовил, и естественно не было места. Поэтому флагман с продуктами переместился в ходовую рубку. Когда офицер начал ваять очередное кулинарное чудо, меня просто поразила его бурная фантазия. Он целый батон разрезал вдоль, а потом начал выкладывать слои ингридиентов так, что креативный директор Макдональдса наверное лопнул бы от зависти. На нижний полубатон первым слоем было намазано сливочное масло, второй слой состоял из кусочков вяленого судака, третий слой состоял из нарезанного колечками помидоров, четвёртый слой состоял из свиной той самой тушёнки, пятый слой состоял из колечками нарезанной моркови, ну а сверху всё было посыпано перцем и обильно полито растительным маслом, ну и замыкал этот бутерброд вторая половина полубатона. Лёня взял этот бутерброд в правую руку, а в левую взял с тарелки рыбную котлету. Сначала он откусил кусочек котлеты, а потом широко раскрыв рот, откусил почти восьмушку бутерброда. Увидев мой взгляд, флагман пояснил.

— Котлеты и мясо всегда надо заедать хлебом. Хлеб всему голова.- объяснил Лёня, со зверским аппетитом поедая своё творение.

Лёня всегда старался заступать на офицерскую вахту ночью, под предлогом «дать выспаться командиру». Ночью меняется то одна вахта, то вторая. И конечно офицер очень тщательно контролировал раздачу доппайка, одновременно «снимая пробу». Когда заступала так называемая «собачья вахта», тогда флагман вызывал на ют по одному матросу с каждого поста, чтобы снять пробу засоленных экипажем свежих огурцов. Матрос под контролем флагмана брал из бочки огурец, пробуя докладывал офицеру, что уже хорошо засолился. Следом за матросом Лёня также брал огурец, пробовал, и делал замечания. То мало положили укропа, то чеснок пожалели, или переборщили с чёрным перцем, и тому подобное, и так снятие пробы продолжалось с каждым матросом.

Прошло три дня, и по плану малый катер с фламаном и осмотровой группой вышли на участок для осмотра промысловых судов. По рации шли доклады о результатах работы, что сразу передавалось на базу. А потом Лёня вышел на меня.

— Короче, мы всю работу выполнили, сейчас зайдём на заставу минут на двадцать. Приступаем к исполнению операции «ченч»….

Где-то через сорок минут малый катер подошёл к нашему борту. У Лёни лицо сияло как ясный день. Матросы осмотровой группы громко хохотали. На баке малого катера лежало несколько ящиков свежей рыбы, а дальше лежали мешки с картошкой, с луком, две коробки тушёнки, и прочей всякой снеди. Измерив на глаз, я определил, что всеми этими продуктами экипаж катера можно было кормить от пуза недели две-три, это точно. Лёня первый поднялся на борт. Я скомандовал, чтобы матросы продукты занесли на штатное место.

— Лёня, это что и откуда? Ты что, продуктовый склад ограбил?

— Неееет! Толик, ты что, я же честный человек. Это я удачно провёл операцию «ченч». Всё честно.

— И что на что же ты всё это обменял?

— Нуууу, пришлось пожертвовать двумя ящиками судака, что подкинули нам рыбаки из Островцов, дали пару канистр соляры, и ту самую коробку свиной тушёнки, которую старшина заставы так любит.

— Нифига себе. Начальник заставы на меня за это не ополчится?

— Нет, весь ченч проводился в присутствии начальника заставы.

Наш экипаж от операции «ченч» конечно остался в достаточной марже. У Лёни настроение было приподнятое. С чувством исполненного долга, флагман пошёл на камбуз и начал ваять новое чудо кулинарии. Он опять взял батон, также разрезал его вдоль. А потом началось. На нижнюю половину первым слоем густо полилась сгущёнка, вторым слоем на сгущёнку он положил нарезанный колечками свежий огурец, следом густым слоем было намазано сливочным маслом, поверх сливочного масла Лёня густо намазал джемом. Взяв в левую руку «сиротский бутерброд», а в правую руку кружку с чаем.

— Ух, и проголодался же я, надо перекусить. День оказался удачным.

Когда Лёня уничтожил своё творение с аппетитом, он опять продолжил командовать на камбузе, заставляя кока правильно варить уху из голов судака.

Вечером меня на связь вызвал начальник, как я уже понял, пострадавшей заставы. Сначала переговорили и согласовали служебные дела, а потом…

— Слушай, дружище, у меня к тебе огромная просьба. До конца своей службы не пускай пожалуйста своего хохла к нам на заставу. А то он гад очистил нашу провизионку, облапошил старшину и меня. Теперь хожу с головной болью, где взять продукты.

Я как и обещал, Лёню на период службы на довольствие не поставил. Так как он расход продуктов отработал с лихвой….

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Об авторе: Anatolij
Расскажите что-нибудь о себе.

Присоединяйтесь к обсуждению!

Присоединяйтесь!
Консерваторы и ватники все стран, объединяйтесь под знаменем "Руки Кремля"! Вместе мы непобедимы!

Комментарии

Комментариев пока нет
Этот сайт использует cookie для хранения данных. Продолжая использовать сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Политика конфиденциальности