«Перегретое» общественное мнение до добра не доведет (и в самом конце про обмен «144 на 144»)

Не стоит ориентироваться на общественное мнение – это не маяк, а блуждающие огни

А. Моруа

Может кто-то еще помнит, с чего начиналась поддержка обществом ЛГБТ, «МиТу», БЛМ? То что с «газетно-уточной» компании – это да. А то, что в основе таких компаний были реальные истории вперемешку с «газетными утками» кто-то отслеживал?

Даже здесь, в России довольно сложно увидеть опровержения многим «новостям», а уж про то, что мы просто не в состоянии с таким тщанием следить за зарубежной прессой – говорить не нужно.

Довольно простой пример из недавних. Оксана Пушкина, Алена Попова и Ирина Роднина продвигали закон «Закон о домашнем насилии…». Закон отвратительный хотя бы, потому что давал право на вмешательство в личную жизнь. То есть, получается – личные данные засекречены у нас настолько, что для получения справки о составе семьи, надо пройти «несколько уровней идентификации», а малейший шум за закрытыми дверями квартиры может послужить поводом для обвинения в «домашнем насилии». И не только шум. Закон говорил о психологическом и экономическом насилии, определений этим понятиям не давал, а наказание было прописано.

Помимо сказанного там еще много чего было сочинено и все это каралось тем, что «насильник» обязан пройти психологическое консультирование, а если это не помогает, то человек выселялся. Заявлять о домашнем насилии, следуя этому закону, мог любой человек – сосед, теща или свекровь, коллега по работе… да просто прохожий, которому что-то такое показалось.

Под этот закон предлагалось организовать большое количество неправительственных учреждений, которые бы создавали приюты для «подвергшихся насилию», проводили психологическое консультирование, тестирование и т.д. Закон был калькой с западных ювенальных законов, которые широко применяются в «развитых» странах и служат для легкого и быстрого изъятия детей из семьи, лишение права на проживание в своем доме или квартире – это чаще всего применяется к мужчинам.

Яркий этому пример – судебный процесс Джонни Деппа. Со второго захода он суд выиграл, но остался с разрушенной карьерой, истрепанными нервами и без большей части своих сбережений.

Так вот, стоило только кому-нибудь указать этой троице – Пушкина, Роднина, Попова – на то, что в нашем кодексе более чем достаточно законов позволяющих пресечь бытовое насилие, как тут же проводились митинги, пикеты и шла «разъяснительная работа». Из всех утюгов голосили о том, как все плохо, все не работает и, как водится, «приводились» цифры – сколько женщин и детей пострадало от домашнего насилия за определенный период. Была развернута довольно мощная компания, обращенная к женщинам с целью «пробудить» в них стремление к «защите собственных прав». Лозунг придумали – «бьет – не значит любит».

Естественно, что приводимые «правозащитниками» данные ни в одном месте не бились с официальными данными. Статистика МВД и Росстата, указывала подтвержденное количество фактов домашнего насилия в разы меньше, чем об этом говорили предприимчивые лоббистки ювеналки. Но все доводы отметались, как лживые, потому как «государство скрывает и занижает, верить МВД нельзя, им лень открывать дела и вести работу, а женщины и дети страдают…» и так далее. Думаю, «песня» сия всем знакома.

Так вот, эта компания, по продвижению «Закона о домашнем насилии» прекрасно показала технологию «разогрева» общественного мнения и способы, как можно настроить общество против чего или кого либо.

В России, как и в любой другой стране, действительно встречаются факты домашнего насилия. Есть у нас неблагополучные семьи, где дети живут с пьющими родителями. И с такими семьями работают социальные службы. Есть проблемные семьи, действительно бывают факты, когда муж может избивать жену и детей – все это есть. И наши газеты пишут, если в их поле зрения попали какие-то сюжеты, подтверждающие факты насилия в семье, интернет издания об этом говорят и т.д. У нас не принято замалчивать существующие проблемы. И государство, социальные службы работают над тем, чтобы подобное поведение пресекалось. Но полностью искоренить эти вещи не возможно.

Как происходит «разогрев»

Берется любая ситуация, мало-мало подходящая под тему, которую «необходимо» раскачать. Желательно, чтобы ситуация была неоднозначная. Это необходимо для того, чтобы, как только пойдут разъяснения от оппонентов, можно было «ярче прорисовывать» образ жертвы.

Например, кто-то (коллега, соседи, учитель, воспитательница и т.д.) говорит о женщине с синяком или перемотанной рукой. Дальше талантливого рассказа о том, что чувствовал «увидевший» и его рассуждений речи не идет. В повествовании непременно будут звучать обобщения – всегда, никогда, все, постоянно и т. д. В случае если кто-то решит развеять непонимание и рассказать и о женщине, и о ситуации, в которой она травмировалась, начинается шум вокруг персоны «разъяснителя» и детализируется образ «жертвы». Общественный скандал разгорается – начинается высказывание мнений. О женщине, уже можно и забыть – она больше не важна. После того, как все начинает утихать, и возмущение спадает, обществу предъявляется действительно произошедшая трагедия.

А трагедии действительно происходят почти ежедневно. Страна-то большая. Вот только «вытаскивают их на свет» зачастую «под заказ». Ну или случается что-то из рядя вон – такое же кошмарное, как история Маргариты Грачевой, которой ревнивый муж отрубил кисти рук.

На реальной трагедии, где установлены факты, проведено следствие и т.д. общество и вовсе приходит в неистовство и риторика про обязательное принятие закона «вот прямо сейчас» усиливается. Потом накал снова начинает спадать и на его излете, вновь подбрасывается сомнительная история или просто даются какие-нибудь данные, проводятся митинги, пикеты акции. Затем снова следует реальная и абсолютно достоверная история и так до тех пор, пока перегретое общественное мнение не начинает буквально требовать защиты от «насильников» и … вот, а закон уже давно готов, осталось только принять.

Все эти шаги по расшатыванию общественного сознания, в случае «Закона о домашнем насилии» были проделаны и не единожды. И, думаю, все сработало бы, если бы страна у нас не была такой огромной. «Волна возмущения», которая должна прокатиться по всей стране, не в состоянии откатиться далеко от центра. Москва и Московская область, Питер и Ленинградская область (и то уже не вся) и на этом стоп. Правдивая информация быстрее достигает периферии, поскольку активисты все внимание сосредотачивают на центрах. И пока, условно говоря, Москва кипит и булькает, «провинции» уже составили свое мнение и плюнули на «зажравшихся».

Описание примера получилось довольно многословным, но все-таки указать основные моменты «раскачки» и способы пролонгации «протеста» – для меня представляется важным.

Описывала я все это к тому, чтобы читатель сам постарался отследить по текущей информационной повестке, как стараются «разогреть» общество на протест.

Запад уже столько раз заявлял о своем желании сместить или даже физически уничтожить нашего президента, что цели «раскачки» уже ни для кого секретом не являются. А темой для этого стала проводимая нами специальная военная операция.

Буквально с самого первого дня СВО стали говорить о том, что РФ проигрывает, что все плохо, что военные не подготовлены, не выстроена логистика, Генштаб не в состоянии проработать стратегию, применяет неправильную тактику и так далее, и тому подобное.

Все мы это слышали с экранов телевизоров, об этом говорят некоторые военные: тот же Гиркин, Дмитриев и иже.

Так сказать «цвет нации» опять же осудил. И не только. «Талантливые» наши сообщили, что им «стыдно быть русскими» и отчалили в дальние страны. Только не учли, что санкции коснутся и их. Что собственно, обоснованно. Просто наши «талантливые предприниматели и бизнесмены, артисты и музыканты», которые уехали, ни копейки, ни цента сами не заработали – им Запад разрешил взять то, что было создано советским народом. Взять и присвоить. Ну кто разрешил, тот и отобрал. Да и не о том речь.

Поднимается шум, что Россия не подготовлена к СВО, что проигрывает, что теряет огромное количество людей… И как только возмущение народа стало успокаиваться – за что огромное спасибо нашим, действительно талантливым, журналистам-спецкорам и отдельно, Рамзану Ахматовичу Кадырову, который очень точно уловил момент, когда поток негатива готов был «снести» консолидацию общества.

Не успели стабилизировать общественное мнение – пошли переговоры и репортажи о них. Только Россия и ополченцы начали развивать успех – слова Мединского о скором подписании договора с Украиной – разверзли врата ада; чуть стихло, как по всему российскому инфопространству пронеслись ролики и описания пыток российских военных; следом выступил Песков, с объявлением Урганта «большим патриотом»…

Макаревич начал эстафету обливания грязью и страны, и власти, и народа – выдохся, передал эстафетную палочку Хаматовой, а та, в свою очередь, Галкину. И под шумок, в эфир Первого возвращаются те, на кого глаза россиян уже и смотреть не могут.

Параллельно Украина проводит инсценировки «зверств российских военных», а в западных странах какие-то «украинки и украинцы» проводят акции «жертв агрессии России». С каждым днем возрастает давление в политической сфере, на страну санкции сыплются щедрее, чем из мешка деда Мороза…

А Ельцин-центр проводит книжный фестиваль, где представлены произведения самых яростных русофобов, екатеринбургские студенты протестуют против символа Z, губернатор Куйвашев защищает «честь» Ельцин-центра, в Питере чиновники срывают проведение патриотической выставки «Мариуполь – битва за русский мир» и уже по третьему кругу муссируется тема обмена «азовцев». Проверили на Тайре – получилось, пустили в ход «азовцев».

Относительно обмена, скажу отдельно, просто тема и, правда, перегрета.

Пушилин пояснил обмен «азовцев» на наших пленных – отдали тяжело раненных, тех кому требуется медицинская помощь. Отдали тех, кто в связи с травматической ампутацией конечностей уже никогда не встанут в строй.

А я от себя спрошу: а почему кто-то решает за командование кого на кого менять? Что меняют укры на наших пленных, то и отдаем. И кто сказал, что обменянные нацисты не понесут справедливого наказания, как и было обещано? Что СВО уже закончилась?

Я все это пишу к тому, что мы сами, не контролируя подачу информации, начинаем подыгрывать нашим врагам. Не украинцам. Эти нам не враги.

Украинцы, те кто полностью поддерживает творимый Зеленским со товарищи кошмар, ни что иное, как жертвы бесчеловечных экспериментов над сознанием, которые проводил «консолидированный» Запад.

А действительные враги России это те, кто стоит за спинами теряющегося в прогрессирующем маразме Байдена, облеченной властью гинекологини Лиз Трасс, «обиженной ливерной колбасы» (русский аналог «на полшестого») Шольца, блуждающего в собственном сознании Борреля и прочих европейских чиновников высоких рангов.

Там, за спинами перечисленных «лидеров свободного мира» и находятся центры принятия решений, по которым, без сомнения, Россия нанесет удар. Для этого не обязательно применять «Калибры» и запускать «Сармата».

У нас, у России, есть другое оружие, которое за двадцать лет доказало свою 100% эффективность и огромную поражающую мощность – «Темнейший», называется, который Владимир.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Об авторе: Васия Патриот "Руки Кремля" Заслуженный автор

Немножко строитель и много журналист. Я Zа Путина, уважаю Сталина и помню СССР. При этом я не либерал, не коммунистка... Я, вообще-то, за здравомыслие - оно основа, а политика - преходяща.

И еще я атеистка и не терплю разум, ограниченный ненавистью и догматами.

Присоединяйтесь к обсуждению!

Присоединяйтесь!
Консерваторы и ватники все стран, объединяйтесь под знаменем "Руки Кремля"! Вместе мы непобедимы!

Комментарии

@peepso_user_1373(PANDbI4)
Согласен более чем полностью
@peepso_user_63(Светлана )
За обменом военнопленных надо понимать: Отдавая хохлов, мы забираем и возвращаем домой своих, русских бойцов. И чем больше мы вернём домой своих, тем меньше будет грязи на наших Душах. Месть удел малодушных.
Этот сайт использует cookie для хранения данных. Продолжая использовать сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Политика конфиденциальности